baby-merries.ru

Раковая опухоль на теле политического общественного организма

Раковая опухоль на теле общественного организма 16

«Нужно ли стране увеличивать количество чиновников? Это наиглавнейший вопрос завершающегося года. Как ни странно, но почти во всем мире говорят на такие темы неохотно. Нигде не делалось серьезных исследований насчет того, сколько чиновников нужно государству для нормального существования. Это, похоже, всемирный заговор: бюрократы создали секретный профсоюз и в мировом масштабе препятствуют исследованиям об их деятельности. ». (См. источник.)

Причем подобная трактовка в корне антинаучна, так как начисто игнорирует классовый характер данного социального явления.

Генезис чиновничества

Для начала, наверное, стоит определиться, что чиновники в капиталистическом государстве не представляют из себя ни самостоятельный класс,ни тем более «способный организовать заговор во всемирном масштабе». Это, скорее, приказчики на службе у буржуазии, проводящие в жизнь ее интересы. Вопрос в том, чьи именно они приказчики?

Как известно, кто девушку угощает, тот ее и танцует. Поэтому с учетом интегрированности экономики Латвии в структуру ЕС и слабости местной буржуазии, нетрудно догадаться, что танцевать «латвийских девушек» будут хозяева западно-европейских промышленных монополий, или, выражаясь лаконично – империалисты.

Согласно марксистской методологии, наиболее продуктивным является всегда исторический подход к проблеме, поэтому коротко напомним генезис местного чиновничества:

«В 30-х годах прошлого века чиновники составляли 1,3 процента численности латвийского населения. В то время в промышленном производстве Латвии работало всего 13,5 процента населения, то есть 256 тыс. человек. На 10 рабочих приходился один чиновник.
В
Латвийской ССР этот показатель снизился до 0,79 процента. А численность населения выросла с 1,9 до 2,66 миллиона на 40 процентов; численность работающих до 1,41 миллиона. То есть стала больше в шесть раз! При этом число чиновников уменьшилось с 24,6 тысячи до 21 тысячи (один чиновник на 67 трудящихся). А дальше началось самое интересное…
1990 год. Мы стали свободны и независимы и взялись вс
е перестраивать. Уже к 1995 году численность латвийских чиновников выросла в 3 раза и достигла 61 тысячи человек. Между тем, у нас уже была рыночная экономика, не требующая особого регулирования, в отличие от экономики плановой, где каждый шаг должен был быть утвержден и скреплен несколькими печатями.
2004 год. Страна на пороге вступления в ЕС. Госчиновников, по статистике, уже 73 тысячи. Столько же, сколько в Литве (но в Литве населения в полтора раза больше). Одновременно росли расходы на содержание чиновничества: в кризисном 1998 году они составляли 2
6,3 процента латвийского ВВП. (В конце 80-х еще при Советах всего 8,3 процента от ВВП.) В тот же год Литва на это тратила 24,5 процента, Эстония 22,6 процента. А США 15,2 процента. За 4 года расходы на чиновников выросли на 70 процентов, что вдвое превысило рост ВВП, отмечал экономист. Чиновничья зарплата превысила среднюю на 20 50 процентов, за чиновника всегда оплачивались все социальные взносы и страховки, он обеспечивался самым лучшим полисом медицинского страхования, всевозможными компенсациями и премиям».
«Если бы мы взяли пример с нашего заокеанского идеала и устроили себе такое экономное правительство, как в США, у нас осталось бы на другие расходы в сегодняшних ценах 966 миллионов латов в год. Шесть «Замков света»!» (См. Источник.)

В чем причина?

Почему же «западные демократии», прямо и косвенно оказывающие влияние на политику и экономику Латвии, не позволяют нашей стране такую роскошь, как экономное госуправление? Чтобы пролить свет на этот вопрос, приведу один пример из нашей повседневной жизни.

Как известно, в прошлом году в связи с торговой войной с РФ наступил кризис молочной промышленности. Закупочные цены на молоко упали в разы, местные крестьяне собрались на сходку и стали кумекать:

Читать еще:  Если опухла нога ниже колена – что делать?

«Если цельное молоко закупают по 0,15 евро, а в магазинах белую водичку продают по 1 евро, значит не все так плохо. Давайте скинемся, да построим цех по переработке и производству творога и сыров».

Но, как говорится, гладко было на бумаге, да забыли по овраги (бюрократические). В общем посчитали-прослезились, оказалось, что расходы на разрешения, согласования и все юридические утряски превышают расходы на реальное строительство и запуск производства. Да к тому же не еще не факт, что там наверху дадут беспроблемно работать и не замордуют комиссиями и проверками.

«Ромео должен умереть»

Итак, что мы имеем, отбросив эмоции и патетику? В ЕС налицо классический капиталистический кризис перепроизводства, когда количество произведенной продукции превышает потребности населения. Если раньше эту проблему временно решали тем, что мы кормили Россию, которая продавала нефть по хорошей цене и обеспечивала своим гражданам возможность покупать продукты из-за рубежа, то теперь ситуация изменилась. Западные сельскохозяйственные монополии не хотят терять свою долю на рынке, а значит и прибыль (кстати цены там держатся, как и суммы господдержки). А значит периферийный «Ромео должен умереть». На что отмашка из Брюсселя как бы намекает .

Как это сделать наименее болезненным образом, не вызывая при этом явного недовольства людей евроинтеграцией? Руками местных чинуш – типичный пример истории с молочным цехом. Крестьянские хозяйства тихо перемрут по одному, начиная с малых и заканчивая крупными. А винить в этом люди будут только себя, утешаясь иллюзией «не вписавшихся в рынок».

Но проблема, однако, в том, что чиновничье-бюрократическая орда, выполняя приказания своих западных хозяев вставлять палки в колеса развитию местной промышленности и сельского хозяйства, вольно или невольно подрывает базу своего паразитирования. То есть ведет себя в точности, как колония раковых клеток на теле организма, пускающая свои злокачественные метастазы, пожирающая жизнеспособные клетки этого организма и в итоге убивающая его. А тем самым и себя. Или, господа чиновники, вы считаете, что западные капиталисты по окончании вашей грязной работы будут и дальше вас содержать и кормить? Бу-га-га.

Раковая опухоль – живое существо

Под впечатлением после видео-конференции в НМИЦ онкологии, посвященной лечению опухолей легких, постараюсь оставить медицину врачам, но выскажусь как философ с большим опытом преподавания восточных практик. По сути важно, что сейчас прогрессирует наиболее быстрыми темпами именно иммунная терапия, то есть повышение сопротивляемости организма чужеродным вторжениям, где весьма любопытна реплика одного из спикеров: “Нужно ведь понимать, что опухоль тоже живое существо, и она сама может меняться!”

Здесь мы приближаемся к эзотерическому мнению, что рак вообще является болезнью тонкого тела, то есть проникновением некой сущности, паразитирующей на организме, поэтому лечить рак на физическом уровне – занятие заведомо неблагодарное, важнее менять сознание, принципы которого выстраивают энергоструктуру или оставляют в ней бреши. Это другая крайность – в данном мнении делается перекос с недооцениванием воплощенного существования как самого человека, так и некой тонкой сущности, которая инкарнируется в раковую опухоль.

Итак, основная драма диагноза рака – сопротивление захватчикам! Но возникает вопрос, а как они вообще умудрились проникнуть? Верно, из-за отсутствия бдительности или даже потакания вражеским интересам вплоть до предательства своих принципов. Это достаточно очевидно, когда человек ведет неправильный образ жизни: курение провоцирует рак легких, алкоголизм – рак печени и пр. Поставленный диагноз – четкий сигнал: прежде всего и перво-наперво нужно срочно менять образ жизни! Требуется запустить обратный процесс излечения путем устранения причин и создания линии обороны, чтобы перейти в наступление. Интересно, что во время бурного обсуждения лечения одного из больных раком легких, бывшего злостным курильщиком 45 лет, никто даже не затронул вопрос об отказе от курения, возможно по причине банальности.

Читать еще:  Опухоль в почке у новорожденных

Но посмотрим на другой случай. Я получаю разнообразные рассылки по инфобизнесу, и совсем недавно в почту упало письмо с темой “Онкология не приговор. И не повод опускать руки. Главное, что мы оставим после себя!” Полагая, что найду там поучительный пример, я была шокирована, что известный бизнесмен, которого я иногда слушаю, сам борется с раком. Однако еще больше удивил тон письма, обещающий продолжить бизнес во что бы ни стало, делать новые запуски, проводить вебинары и. умереть с чувством выполненного долга. То есть болезнь как сигнал, что нужно все менять в жизни, осталась проигнорирована – с ее свидетельством стали бороться химиотерапией. Я не пророк, но мне будет жаль, что довольно умный человек уйдет из жизни слишком рано, а ведь можно рискнуть!

Рискнуть чем? Имиджем. Поменять отношение к людям и сменить наездной тон на установление взаимопонимания. Агрессия вовне порождается очагами агрессии внутри, которые уже начинают материализовываться в раковых клетках. Пора остановиться и перестать цинично одергивать людей репликами вроде, раз вы не отвечаете на мой вопрос именно так как я велел, то так и останетесь нищебродами. Пора перестать главным мерилом успеха делать деньги – и даже не то, что можно на них купить, а именно количество денег на счету, которое данный бизнесмен считает основным показателем успеха. Пора перестать думать, что мещанство – лучший образ жизни, а хорошо бы сменить сценарий. Уйти в монастырь на годик или уехать выращивать бананы в Панаме. Ведь именно такие повороты судьбы порой ведут к чудесному выздоровлению!

Спрашивается, какое право я имею тут рассуждать про больных раком. Да, я не болела раком – мой диагноз так и остался неподтвержденным, была то доброкачественная или злокачественная опухоль. Просто я начала менять жизнь сразу, отказавшись от операции и даже конкретизации диагноза. Дело было четверть века назад, когда у меня, молоденькой тогда девушки, нашли кисту яичника 3Х4 см после сильных болей в животе. Поскольку брать анализ тканей уже означало инвазию, предложили сразу удалять хирургически, угрожая “острым животом” в любой момент, когда уже никто не может обещать, успеет ли скорая довезти. Помню, как они вертели мои снимки и обсуждали: “У всех киста как киста, а это что вообще такое – зубастое и когтистое?” Я просто ушла. Что я сделала – об этом я подробно писала в ЖЖ. Главное, что я жива-здорова еще добрых 25 лет, реализовавшись профессионально, объездив полмира, написав три десятка книг и обучив тысячи людей.

Но я не врач. Когда ко мне просятся на консультации или семинары люди с диагнозом “рак”, я всегда отказываю. Как-то ко мне на Бали хотела приехать женщина из Японии на 4-й стадии рака, заработавшая его в индустрии красоты. Как-то на мой семинар по пранаяме в Петербурге просился мужчина с меланомой. Как философ, я могла бы помочь в осознании. Но как человек без медицинского образования я не имею права работать с такими случаями, даже если сама вижу, что делать. А вот современные методы лечения рака меня очень даже интересуют, и я не зря потратила сегодня 3 часа личного времени. Спасибо за конференцию!

Раковые опухоли способны исчезать сами по себе?

  • Раковые опухоли — как само время: никогда не стоят на месте, и всегда развиваются и всегда в одном направлении — от плохого к худшему. Однако эту, казалось бы, прописную истину ставят под сомнение данные рентгенологических обследований.

    Раковые опухоли — как само время: никогда не стоят на месте, и всегда развиваются и всегда в одном направлении — от плохого к худшему.

    Читать еще:  Как снять опухоль с глаза при поцарапанье

    Однако эту, казалось бы, прописную истину ставят под сомнение данные рентгенологических обследований рака груди и простаты, накопленные за более чем двадцать лет и опубликованные в последнем номере «Журнала Американской медицинской ассоциации». Помимо больших опухолей, при отсутствии лечения приводящих к смертельному исходу, на снимках обнаруживается много меньших по размеру образований, рост которых в какой-то момент самопроизвольно прекращается, и они начинают уменьшаться в размере. В некоторых случаях раковые опухоли груди исчезают вовсе.

    «Прежде считалось, будто рак — это линейный процесс: в клетке происходит мутация, со временем мутации накапливаются, и этот процесс не может спонтанно пойти в обратную сторону, — говорит заместитель директора Национального института здоровья Барнетт Креймер. — Казалось, это стрела, летящая только вперед».

    Однако в последнее время становится все более ясно, что рак — это не просто процесс накопления мутаций. В развитии заболевания принимают участие соседние клетки и даже весь организм в целом. Например, иммунная и гормональная системы способны подавлять либо ускорять развитие опухоли. Поэтому доктор Креймер утверждает: рак — это динамический процесс.

    Не все онкологи согласны с таким мнением, но новые данные начинают убеждать даже скептиков. «Не могу сказать, что я на 100% убежден, что рак обратим, но я этого не исключаю, — говорит Роберт Каплан, глава кафедры медицинского обслуживания факультета здравоохранения Университета Лос-Анджелеса, Калифорния. — Накопленные данные дают для этого достаточно оснований».

    Хорошо известны случаи самопроизвольного исчезновения раковых образований в яичках. Не раз случалось, что после удаления пораженного опухолью яичка на нем находили лишь большой шрам или шрам и маленькую опухоль. За время, прошедшее между обнаружением рака и операцией, опухоль самопроизвольно уменьшалась или исчезала совсем.

    Конечно, такие случаи редки. Доктор Мартин Глив, профессор урологии университета канадской провинции Британская Колумбия называет ремиссию раковой опухоли «редким биологическим феноменом».

    Теа Тлсти, профессор патологии университета в Сан-Франциско, штат Калифорния, рассказывает, что раковые и предраковые клетки можно обнаружить в организме практически любого человека, достигшего среднего возраста. Об этом свидетельствуют результаты вскрытий людей, умерших по не связанным с раком причинам. «Получается, что вопрос заключается не столько в том, почему рак развивается, сколько в том, почему он не развивается», — замечает доктор Тлсти.

    Канадские исследователи изучают сейчас мелкие раковые опухоли почек. Известны случаи, когда эти опухоли также самопроизвольно регрессируют даже на тяжелой стадии заболевания.

    Группа под руководством доктора Глива провела эксперимент, в котором вместо лекарств выдавала больным раком почек таблетки плацебо.

    У не менее чем 6% пациентов опухоли либо уменьшились, либо не изменились. Такой же результат был и в группе пациентов, получавших обычное лечение.

    Как рассказывает доктор Глив, в наши дни все чаще небольшие опухоли в почках выявляются при УЗИ или томографии случайно, когда пациенты не подозревают у себя рак. В Соединенных Штатах такие опухоли удаляют, однако доктор Глив считает, что хирургическое вмешательство необходимо далеко не всегда.

    Университет, в котором он работает, принимает участие в общенациональном исследовании малых раковых опухолей в почках. Задачей исследования является проследить динамику развития этого вида рака. Полученные до сих по данные показывают, что в 80% случаев в течение трех лет опухоли либо не увеличиваются, либо даже уменьшаются в размере.

    Конечно, пока врачи не станут советовать пациентам откладывать лечение в надежде на счастливое развитие событий, но, возможно, дальнейшее изучение развития опухолей поможет им определять, когда лечение необходимо, а в каких случаях опухоль можно не трогать.

    Ранняя диагностика привела к тому, что, по словам доктора Глива, «в наши сети попадает не только крупная, но и совсем мелкая рыбка. Поэтому теперь необходимо понять, каких из маленьких рыбок можно отпускать на волю».

    Ссылка на основную публикацию
    Adblock
    detector